Девушка в синем платье расстегивала пуговицы мучительно медленно - одну за другой, а всего их, казалось, около двадцати. Если бы была его воля - он бы рванул платье так, чтоб пуговицы брызнули на пол.Закончив расстегивать пуговицы, она повела плечами и как змея выскользнула из платья, оставшись в простеньких белых трусиках. Опустившись к нему на колени, она невинно заглянула ему в глаза и попросила быть его понежнее, потому что он у нее первый. Это признание вызвало в нем бурю чувств, и он бережно прикоснулся к ее матовой белой коже, сжимая ее в объятиях все крепче и крепче, пока она сдавленно не охнула под его натиском. Прикоснувшись губами к его щетине, девушка беспокойно заерзала и вздрогнула, когда его руки легли на ее попку и сильно сжали ее. Ей хотелось, чтоб он был нежнее, но его животное желание даже возбуждало.